Образ жизни, , Православие и мир

«Я не считаю, что подписала себе приговор». Ольга ждет 12-го ребенка и лечится от рака

У Ольги Ганичевой 11 детей. В апреле она снова забеременела и узнала, что у нее рак молочной железы. Врачи сказали срочно ложиться на операцию — но только после аборта. Ольга отказалась. Что произошло дальше, рассказывает «Правмир».
unsplash.com

Ольга сидит с катетером в левой руке, устало потирая глаза. Сегодня у нее очередная химиотерапия. 

В палате онкоцентра им. Блохина большое окно. На улице снежно и серо. Каждую неделю Ольга добирается сюда из Нижегородской области. Чтобы приехать до обеда, надо встать в 4 утра. Вся семья в это время спит. 

У Ольги 11 детей: старшая дочь уже замужем, трое младших сыновей — дошкольники. 

— Сначала были четыре красные капельницы, теперь вот белые. Красные потяжелее, их сложнее переносить, — рассказывает Ольга и гладит живот. 

Она беременна. Роды в конце декабря. 

Нехорошая шишка

В свои 42 года Ольга думала, что ей осталось ждать только внуков, а своих детей больше не будет. В феврале 2023-го у нее случилась замершая беременность. Тогда же на груди появилась маленькая шишка. Ольга решила, что все пройдет само:

— У меня мелькнула мысль, что шишка нехорошая, но я успокаивала себя. После замершей такое бывает, а потом рассасывается. Но почему-то предчувствие не пропадало.

Через два месяца Ольга опять забеременела, и шишка начала быстро расти. 

— Скорее всего, у вас рак, — сказали врачи на УЗИ.

— Да? Это точно? — растерялась Ольга.

— Очень похоже, 99%. 

О своих переживаниях Ольга рассказывает скромно: «Эмоции были». Ответы на свои вопросы она ищет в Библии.

— Дома я стала молиться: «Господи, Ты видишь, мой мозг не вмещает, что, возможно, придется оставить детей…» Но я открыла Библию, а там написано… вот, я вам покажу, у меня все подчеркнуто. 

Ольга тянется за Библией. Это все, что есть на тумбочке, кроме маленькой бутылки с водой — от химиотерапии сохнет во рту. А еще постоянно текут слезы. 

В тот день случайно открылся пророк Исаия: «…и до старости вашей Я тот же буду, и до седины вашей Я же буду носить вас».

— До старости, до седины… Через эти слова Бог дал мне утешение. Может, Он еще и жизнь подарит? Не только ребеночку, но и мне? — спрашивает Ольга то ли у меня, то ли просто так. — Нижегородские врачи ко мне очень хорошо отнеслись, быстро взяли все анализы и назначили операцию…

Но операцию разрешили делать только после аборта, причем срочного. Ольга отказалась. 

«Буду принимать всех детей»

Замуж Ольга вышла в 18 лет, а в 19 родила первую дочь. Еще через год родился сын. Мыслей прервать беременность не было никогда:

— Я верующий человек и сразу знала, что буду принимать всех детей. Сколько Бог пошлет, столько и приму.  

Старшая дочь, Эвелина, преподает в музыкальной школе, ей 22. Витя на год младше, он поступил в музучилище, но после третьего курса ушел, отслужил альтернативную службу и сейчас работает. Вика и Алина учатся на преподавателей начальных классов. 

Дальше по старшинству — четверо школьников: 14-летний Тима, 11-летняя Дарина, 10-летний Марк и первоклассница Ангелиша. Остальные — Давид, Слава и Саша — пока в школу не ходят, но уже учатся читать и считать. 

— Сложно, когда погодки и все маленькие, — говорит Ольга. — У нас не было жилья, мы сами строили дом, а до этого жили с родителями. Четвертого ребенка встречали уже в своем доме, хоть и недостроенном. А потом началась обычная, интересная и очень насыщенная жизнь…

Вспоминая об этой жизни, Ольга ободряется. 

Вместе с дочками она пекла торты, часто ходила на прогулки в большой компании: у мужа в родительской семье 12 детей, у каждого из них — тоже по 10–12. Было много поездок, праздников, дней рождений. Каждый день — музыка. Всех детей с первого класса Ольга с мужем отправляют в музыкальную школу, так что по вечерам дома и хор, и оркестр.

— У нас все играют на разных инструментах, кому что нравится. Мы очень любим музыку и поем каждый день всей семьей. Тогда сразу и настроение лучше, и как-то все ладится.

Но и быта тоже было много. Когда не болела, Ольга вставала в полшестого. Кухня, завтрак, школы: всех детей развозила сама, малышей оставляла с детьми постарше. Потом надо приготовить обед и сделать бутерброды тем, кто идет во вторую смену, а вечером — проверить домашние задания. 

«На душе тяжеловато»

Об онкологии Ольга почти ничего не знала. Из семьи болела только сестра мужа: она тогда родила четвертого ребенка, а Ольга — второго. 

Метастазы быстро разошлись по телу, сестра сильно похудела, ничего не ела, и жизни ей давали не больше двух недель. Для порядка прокапали химию и отправили домой. Но прошло не так много времени, и сестра поправилась. Сегодня у нее 12 детей.  

Когда Ольга узнала свой диагноз, эта история ее поддерживала.

— Но бывает, что исцеления нет… У всех по-разному. Понимаю, что могу и с лечением умереть. Но я не считаю, что подписала себе приговор, оставив ребенка. Эта болезнь может случиться с любым.

Нижегородские врачи предложили Ольге ждать 16 недель, чтобы прокапать первую химию. 

— Я каждый раз тяжело ношу беременность, начинается токсикоз. Не замечала, что чувствую себя хуже из-за онкологии, но опухоль была уже как яйцо, и меня угнетало, что она растет так быстро. Я понимала, что все плоховато.  

На лечение Ольга приехала с полной папкой документов и собранной сумкой. Отсидела очередь, зашла в кабинет, чтобы оформиться. Но врач сразу выписал направление в Москву. Ольга была готова ехать куда угодно, лишь бы сохранить жизнь ребенку. Ее направили в онкоцентр им. Блохина. Здесь Ольгу встретила Анастасия Пароконная — доктор медицинских наук, хирург-маммолог.

— Анастасия Анатольевна посмотрела на меня и сказала: «Да вы не переживайте! Родите, и все у вас будет хорошо». Мне это было нужно. Потому что на душе было тяжеловато.

Нет, не тяжело и не плохо. Тяжеловато и плоховато. 

«Беременность не защищает от опухоли»

— Когда женщина приезжает, она в очень растерянном состоянии. Страшно узнать, что ты будешь принимать химиотерапию, и страшно за ребенка, — рассказывает Анастасия Пароконная.

Пациенток с онкозаболеваниями в России лечат без прерывания беременности с 2008 года — программу «Рак и беременность» Анастасия Пароконная разработала с коллегами из онкоцентра им. Блохина и центра акушерства и гинекологии им. Кулакова:

— Было доказано, что, если проводить химиотерапию со второго триместра, это безопасно для плода, и можно оперировать на любом сроке. Современные препараты, которые используют для наркоза, тоже безвредны. 

Ольге не уменьшают дозу и не увеличивают интервалы между курсами. Ребенок тоже получает лекарства, но их процент невысок — защищает плацента. После родов будет несколько курсов химиотерапии, а когда опухоль уменьшится или совсем исчезнет, предстоит операция.

Часто беременные женщины приходят к онкологу уже с третьей стадией, когда прооперировать сразу не удается и нужна долгая терапия: 

— К сожалению, многие мои коллеги убеждены, что рак во время беременности не может проявиться, ведь есть мнение, что беременность защищает от онкологических заболеваний. Но это не так. Мы наблюдали случаи, когда развивающимся симптомам рака не придавали должного значения. Пациенток лечили от воспаления, от мастита, и терялось драгоценное время, — добавляет Анастасия Пароконная.

«Жалко его»

В палате Анастасия Анатольевна подробно объясняет Ольге, что уже через неделю после родов желательно приехать в центр им. Блохина для нового курса:

— Ольга, кормить нельзя.

— Ну хоть чуть-чуть?

— Препарат передается малышу с молоком. Из груди будет идти лекарство.

— Ну хотя бы сразу после родов… У меня же выходной от химии будет три недели.

— После родов можно. Чуть-чуть.

— Это будет самое большое счастье. Жалко же его… 

Сегодня проводится международное исследование, которое покажет, насколько опасна или безопасна лактация во время химиотерапии. Некоторые европейские центры разрешают кормить ребенка в период лечения, но подтвержденных данных о безопасности такого вскармливания пока нет.

В случае Ольги лекарства после большого перерыва в ее организме, скорее всего, уже не будет, считает Анастасия Пароконная.

«Просто нет сил»

Пока Ольге капают химию, муж отдыхает в машине. Если повезет и не будет пробок, домой они приедут часам к 9 вечера.

— Знаете, какое чудо? — говорит Ольга. — От химии меня ни разу не тошнило. Только нет сил. Я постоянно сижу. Чуть-чуть походила, и мне уже надо быстрее сесть, лечь. Но у меня так же бывает, когда я просто беременна. Через силу все делаешь, потому что низкий гемоглобин. А здесь еще эмоциональная нагрузка. 

По дому Ольгу полностью заменили старшие дочери: одна «от зари до зари» готовит, вторая стирает и убирает, обе присматривают за младшими. Муж сейчас большую часть времени дома.

— Мне даже некогда подумать о себе, — продолжает Ольга. — Малышня по мне все время лазит, я только с ними и занимаюсь. Мы гуляем. Но уже хочется вдвоем — чтобы не шумели. От шума устаю. 

Раньше Ольга была сосредоточена на семье, а теперь стала больше думать о тех, кому нужна помощь:

— Мы с детьми начали помогать другим людям. У нас в церкви, например, есть одна одинокая женщина. Она слаба здоровьем. Мои девчонки поехали, квартиру ей намыли. Мы стали своей семьей заботиться о тех, кому хуже, чем нам. 

Еще Ольга узнала, как много у нее друзей и просто тех, кто за нее переживает. Кто-то помогает деньгами, кто-то — добрым словом или теплой эсэмэской. Пишут даже те, кого Ольга никогда не видела. 

Иосиф

С 2008 года более 150 пациенток с раком молочной железы и более 600 с другими онкозаболеваниями смогли вылечиться и сохранить беременность по программе в центре им. Блохина.

Врач Анастасия Пароконная подчеркивает, что, прежде чем готовиться к беременности, надо тщательно обследовать все органы. Некоторые виды онкозаболеваний передаются по наследству. Так, поломка гена BRCA1 вызывает рак молочной железы и рак яичников и передается от матери к дочери.  

Онкоцентр им. Блохина проводит и телемедицинские консультации. Врачи из разных регионов могут обратиться туда за советом и согласовать лечение.

— У нас есть чат, он объединяет женщин, которые перенесли лечение или хотят стать мамами уже после того, как выздоровели. Я включаю туда новую пациентку, и ей немного проще готовиться и лечиться, когда она видит фотографии родившихся здоровых детей. Мамы делятся советами, дружат. В общем, поддерживают друг друга, — добавляет Анастасия Пароконная.

Больше узнать о том, как проходит лечение и как современная медицина помогает сохранить и выносить ребенка при онкологическом заболевании, можно в «Онконавигаторе» инклюзивного проекта Everland.

Ольга очень ждет, когда родится сын. 

— Постоянно думаю, будет он здоровый или нет. Мне делают УЗИ, КТГ, я сдаю кровь. Говорят, что анализы хорошие. Но я же понимаю, что малыш вместе со мной переживает весь мой невроз. А я переживаю за детей всегда больше, чем за себя. Я бы и потом, еще раз родила…

Самому младшему сыну, Саше, сейчас два с половиной года, и Ольге непривычно, что так долго в доме нет младенца. 

— Без маленьких я не останусь. Старшая дочь уже скоро подарит внука! Мне все дети говорят: «Мама, мы к тебе будем внуков приносить, ты будешь их учить».

Я спрашиваю Ольгу, что ей хотелось услышать в тот день, когда она узнала свой диагноз. 

— Ни один человек на земле не сможет утешить, успокоить. Только Бог. И хочется, чтобы женщины доверяли свои переживания Богу и получали от Него утешение.

Скоро Рождество. Ольга назовет сына Иосифом.

Читайте также: Что происходит с организмом, когда вы не завтракаете

5 признаков, что ваш рацион – идеально здоровый: чек-лист

Во время загрузки произошла ошибка.

 

Обнаружили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.