Образ жизни,

Семь популярных и опасных мифов о хирургии

Как защитить себя под скальпелем хирурга, чего бояться, а чего — нет.
Наталья Львова

Большинство повседневных знаний о хирургии строятся на мифах, домыслах и устаревшей информации. Иногда следствием нашего незнания становятся значительные финансовые траты — «нас разводят» на деньги за то, что можно получить качественно и бесплатно. Но хуже, когда мы теряем драгоценное время. Потому что не вовремя проведенная операция — это дополнительные проблемы со здоровьем, которых можно было бы избежать.

Мы собрали семь самых распространенных пациентских мифов, которые мешают вовремя получить качественное и доступное оперативное лечение.

Миф 1. Качественная операция — это дорого и для простых смертных недоступно

Сегодня в России действует так называемая программа ВМП — Высокотехнологичной медицинской помощи.

По ней даже пенсионеру из условной Тараканьки может быть проведена сложнейшая операция в крупном хирургическом центре в Москве абсолютно бесплатно.

В ВМП включено порядка 1,5 тысяч видов хирургического вмешательства. В программе участвуют в том числе крупные государственные хирургические центры. При этом заранее квоту оформить, конечно, желательно, но не обязательно. Ее при необходимости помогают оформить в самом медучреждении.

Попасть в крупный государственный хирургический центр — это тоже не большая проблема. Нет каких-то безумных сложностей. Достаточно позвонить или написать, и вам дадут подробную консультацию, что надо делать. Во многих крупных учреждениях существуют отделения телемедицины, где можно дистанционно проконсультироваться, получить, что называется, «второе мнение» и многое другое.

Наталья Львова

Миф 2. Операция — это швы и длительная реабилитация

Современная хирургия семимильными шагами движется в сторону развития малоинвазивных (то есть малотравматичных) технологий. Три небольших прокола вместо шрама через всю грудную клетку. Минимальная постоперационная боль. День в реанимации вместо недели.

Это — типичная ситуация для человека даже после сложной операции по замене всей аорты. Потому что Россия — единственная страна в мире, где умеют менять всю аорту одномоментно и через один разрез (хирургический доступ). Что это значит? При «классическом» лечении пациенту сначала меняют одну часть аорты, делая для этого несколько разрезов. Потом, минимум через 6 месяцев, меняют вторую часть аорты тоже через несколько разрезов.

10 людей, которые сделали операции сами себе:

Проблема в том, что не все пациенты доживали до замены второй части аорты — происходил разрыв ее «незамененной» части. В трех странах мира — и в том числе в России — научились менять аорту за одну операцию: так называемая одномоментная замена всей аорты. Для этого все равно нужно три достаточно больших разреза. Российские кардиохирурги пошли дальше и разработали технологию, которая позволяет проводить замену всей аорты за одну операцию и всего через один хирургический доступ.

Автор метода — профессор, д.м.н., член-корреспондент РАН Эдуард Чарчян, он же разработал отечественный вариант протеза аорты. 

А подлинная королева малоинвазиных технологий — эндоваскулярная хирургия. Во время эндоваскулярных операций воздействие осуществляется через прокол сосуда (как правило, это артерия на бедре или в области руки). Эндоваскулярные технологии в мире активно развиваются уже более 60 лет.

В нашей стране базой развития эндоваскулярной хирургии стал Всесоюзный научный центр хирургии и такие выдающиеся хирурги, как Иосиф Рабкин, Александр Абугов и др. Кстати, сын последнего, профессор, д.м.н. Сергей Абугов, продолжил дело отца. Он стал не только ведущим специалистом в нашей стране в области лечения патологии аорты, но также подготовил сотни специалистов для рентгенэндоваскулярных центров регионального и федерального уровня по всей России.

Миф 3. Хирург — он такой один на весь организм человека 

На самом деле время хирургов-универсалов давно прошло. Современная хирургия — это более 30 узкоспециализированных направлений: от кардиохирургии до хирургии кисти и стопы. Мировая хирургия идет по пути создания многопрофильных хирургических центров, сочетающих в себе разностороннюю хирургическую практику с прикладными и фундаментальными научными исследованиями и подготовкой молодых кадров.

Старейшие и наиболее известные многопрофильные центры — клиника Мэйо в США, университетский медицинский комплекс Шарите в Германии и Российский научный центр хирургии им. акад. Б. В. Петровского.

Наталья Львова

Миф 4. Прогрессивная хирургия — это когда операцию делают роботы

Сегодня действительно при проведении некоторых видов операций применяются роботизированные аппараты. Но саму операцию все равно проводит человек.

Робот — не хирург. Робот — «продвинутый скальпель» хирурга.

Значит ли это, что прогресс хирургии идет только по пути усовершенствования инструментов хирурга? Вовсе нет.

Главный тренд мировой хирургии — так называемые гибридные операции. Во время такой операции собираются несколько хирургических бригад разных специальностей: кардио-аортальные хирурги (сердце и аорта), торакальные хирурги (грудная клетка и легкие), абдоминальные хирурги (пищевод, желудочно-кишечный тракт), микрохирурги и т. д. Их состав зависит от конкретного диагноза. Во время одного хирургического вмешательства пациенту проводится сразу несколько различных операций, направленных на избавление от целого ряда заболеваний.

В нашей стране рекордсменом по проведению гибридных операций является РНЦХ им. акад. Б. В. Петровского, в котором одновременно в операции участвует до 6 хирургических бригад разных специальностей.

Знаменитости, о врачебном опыте которых вы и не подозревали:

Миф 5. «Хирургу лишь бы что-нибудь отрезать»

Современная хирургия — это не столько про «отрезать», сколько про «пришить» и «восстановить». Мы уже упоминали ранее технологию протезирования аорты, которая спасает десятки тысяч жизней.

Протезирование пищевода человека — также вовсе не про «отрезать». Что такое проблемы с пищеводом? Это питание через трубку, анорексичный вес, потеря трудоспособности и проблемы с психоэмоциональным состоянием, вызванные отсутствием возможности нормально поесть.

Печально, что большинство пациентов, нуждающихся в протезировании пищевода, попадают «в правильные руки» в таком физическим и моральным истощении, что их уже банально нельзя оперировать. Поэтому в крупных центрах даже разработаны специальные протоколы подготовки к операции таких больных. Это отдельный процесс, в котором задействованы диетологи. Их задача — помочь пациенту за короткий период времени набрать хотя бы 10 кг веса, но не жира. И психотерапевты, которые помогают стабилизировать психоэмоциональное состояние пациента перед операцией.

Сама операция по протезированию пищевода длится от 4 до 10 часов (в зависимости от состояния органов пациента). Искусственный протез пищевода еще не изобретен, и вероятно, в ближайшее время изобретен не будет. Пищевод — очень сложный механизм. Протез пищевода должен уметь сокращаться, чтобы проталкивать пищу. Он должен

синхронизироваться с глотательными и жевательными движениями и т. д. Поэтому пока единственный способ протезирования пищевода — создание его непосредственно во время операции из части кишечника самого пациента. Зато процесс восстановления — в случае проведения малоинвазивной операции — занимает не больше 3–5 дней. 

Миф 6. За границей хирургия лучше

Это самый несправедливый миф.

Отечественная хирургия всегда была интегрирована в международное сообщество.

Величайший кардиохирург Майкл Дебейки до самой своей смерти был очень дружен с советским кардиохирургом академиком Александром Гавриленко. Разработчик «золотого стандарта» коронарной хирургии профессор Борис Шабалкин начинал в 1970-е гг. изучение проблем ишемической болезни сердца в США под руководством таких мировых «звезд», как  Рене  Фаволоро, Дональд Эффлер, Флойд Луп и др.

Наталья Львова

Сегодня российские хирурги тоже не просто проводят все известные в мире операции. По многим направлениям они являются лучшими, а по некоторым — единственными в мире. Это в том числе кардиохирургия, трансплантология, торакальная хирургия (операции на грудной клетке), реконструктивная и микрохирургия.

Миф 7. Если операция не экстренная, то на время пандемии ее лучше отложить

Эстетическую операцию, наверное, и правда можно отложить. Но если операция связана с качеством жизни, со снижением уровня инвалидизации — нет, откладывать ее не стоит.

Взгляд внутрь человеческого тела: 24 удивительных экспоната:

Такой пример: из-за аварии, онкопатологии или тяжелого заболевания костной структуры молодой человек оказывается без нижней части лица — в прямом смысле этого слова. Является ли операция по восстановлению нижней части лица экстренной? Нет. Можно ли ее откладывать? Тоже нет. Уже доказано, что даже месяц пребывания человека в таком состоянии формирует глубочайшую психологическую травму. Если же операцию отложить на шесть месяцев — велика вероятность, что даже после физического восстановления психологически такой пациент не сможет вернуться к нормальной жизни.

Сейчас у всех медучреждений есть свои сайты, где дана полная информация относительно того, проводит ли учреждение плановые операции в штатном режиме. И, если одно оказывается перепрофилировано под коронавирус — стоит просто проверить другое учреждение.

Наталья Львова

***

Самое главное, что важно помнить, — не надо затягивать и не надо бояться. Если вам поставили диагноз — не сомневайтесь в том, что стоит получить «второе мнение» другого специалиста. Не стесняйтесь писать «светилам» и обращаться в специализированные центры. Качественная хирургическая помощь сегодня доступна по всей стране и каждому. Важно не терять драгоценное время, идя на поводу у страхов, слухов и домыслов.

Читайте также: Что такое интимная пластика и когда она нужна

Смотрите наши видео:

Во время загрузки произошла ошибка.

 

Обнаружили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.