Общество и государство,

Наследство Скворцовой: какие проблемы предстоит решать новому министру

Врачи и пациенты надеются на Михаила Мурашко.

21 января премьер-министр Михаил Мишустин представил Владимиру Путину новый состав Правительства России. Кардинальные изменения претерпел социальный блок: ни один министр из предыдущего правительства не сохранил свой пост. Главой Министерства здравоохранения назначен Михаил Мурашко, который до этого руководил Росздравнадзором; Вероника Скворцова, займет пост главы ФМБА. Она была министром с мая 2012 года, за семь лет в российском здравоохранении многое изменилось, но также многое осталось неизменным. Проект «Здоровье Mail.ru» представляет «наследство Скворцовой» — список самых острых проблем, которые предстоит решать новому составу министерства.

Лекарственное обеспечение

Это одна из самых серьезных проблем российского здравоохранения на сегодняшний день. Здесь необходимо (но не достаточно!) вспомнить петицию родителей детей, больных муковисцидозом: ее целью было привлечь внимание к исчезновению с российского рынка нескольких антибиотиков, жизненно важных для этих детей. До этого были проблемы с импортом незарегистрированного лекарства от эпилепсии (за самостоятельный ввоз которого несколько человек чуть не попали в тюрьму) и многое другое.

В сухом остатке: действующие сейчас нормативные акты создают ситуацию, при которой иностранным компаниям невыгодно работать на российском рынке. Их «выдавливают» из государственных закупок, создают условия, при которых они вынуждены поставлять препараты по себестоимости, если не ниже (государство регулирует цены на лекарства из списка жизненно важных), а идти на это, естественно, никто не хочет. Дженерики российского производства часто не работают или работают недостаточно эффективно, а в результате страдают пациенты (кто же еще).

Lori.ru

Доступность медицины

Оптимизацию здравоохранения ругали все время, пока министром была Вероника Скворцова, ругают и сейчас. Многие больницы закрыли, количество коек уменьшилось, во многих селах вместо врачей, максимум – фельдшеры, к узкопрофильному специалисту сложно записаться, даже если вы живете в крупном городе. Попробуйте проникнуть по ОМС, например, к детскому ЛОРу, и это еще специалист, который есть практически в каждой поликлинике. А если нужен ревматолог? Да хотя бы инфекционист? Что там говорить, в крупных городах есть поликлиники, где один терапевт работает на 5-6 участков. Много он успеет осмотреть больных? А если человеку не повезло, и он живет, например, где-нибудь в станице под Краснодаром или небольшом городе под Челябинском? Специалисты – хорошие ли, плохие – только платно, узкопрофильные тем более, а за высокотехнологичной медицинской помощью нужно ехать за тридевять земель. 

Возможно, часть проблем сможет решить телемедицина, хотя бы определить, насколько критично состояние больного и нужно ли срочно что-то делать, но в этом вопросе много законодательных подводных камней. И потом, если у человека, например, инфаркт – ну какая тут телемедицина?

Протесты врачей

В конце лета 2019 года Россию захлестнула волна забастовок медработников. Причем это были не «итальянские забастовки», которые предполагают работу строго по инструкции, а настоящий отказ работать или попытка массового увольнения. Пожалуй, самая громкая и самая показательная забастовка произошла в Нижнем Тагиле, где из двух больниц пытались уволиться все хирурги (у них было слишком много работы и слишком низкие зарплаты). В ситуации разбирались три комиссии, которые сделали скромный вывод: в здравоохранении Свердловской области недостаточно работают с кадрами. На том и разошлись, ситуацию фактически спустили на тормозах.

Повышение зарплат врачам не раз планировалось в майских указах, но с тех пор изменилось не так много, как хотелось бы. Доходы у врачей все еще небольшие, разброс между минимальной и максимальной зарплатой в медучреждении может быть огромным, то и дело всплывают случаи, когда вместо повышения зарплаты урезали ставку (в итоге денег по факту столько же, работы столько же, зато на бумаге все прекрасно). Что касается документации, врачам все еще приходится заполнять массу отчетов, и времени на это может уходить намного больше, чем на работу с пациентами. Бумажный документооборот, электронный документооборот, строгие правила, проблемы при их невыполнении, плюс еще сертификаты, которые нужно то подтверждать, то продлевать… Здесь мягко говоря, непочатый край работы.

Lori.ru

Полемика с РПЦ по поводу абортов

Уже не первый год между РПЦ и Минздравом идет сдержанная и вялая дискуссия о возможном выводе абортов из системы ОМС. Пока что министерство сохраняет за гражданками право выбора — рожать или не рожать, но и оппоненты не сдаются: в разных регионах страны периодически проводятся акции против абортов (иногда весьма сомнительные с медицинской точки зрения), а в других и вовсе разрешение на медицинскую процедуру нужно получать у священнослужителя (хотя в РПЦ это и отрицают). В декабре 2019 года Скворцова заявила, что с 2000-х годов число абортов в России сократилось в четыре раза. Это существенный успех (хотя неизвестно, какой вклад в этот показатель внесли «профилактические меры» РПЦ или волокита, из-за которой прерывание беременности становится незаконным), но в свете распоряжения президента сделать жизнь россиян лучше ситуация с большой вероятностью получит новое развитие.

Криминализация врачебных ошибок

Работой по введению в законодательство статей о врачебных ошибках и кадров вне компетенции Минздрава (ей занимается СКР при поддержке Национальной медицинской палаты), однако у ведомства есть четкая позиция: врач не должен сидеть в тюрьме за неумышленную ошибку. Также в министерстве отмечали готовность рассмотреть изменения в уголовном законодательстве об ответственности за врачебные ошибки.

По данным за второе полугодие 2019 года, до суда доходит только 10% уголовных дел о врачебных ошибках, но оправдательный приговор врачу выносят лишь в одном случае из десяти. Самые резонансные дела — против гематолога Елены Мисюриной и неонатолога Элины Сушкевич — показали, насколько врач беззащитен перед карательной системой и какие существенные изменения может претерпевать следствие в зависимости от тех или иных условий. В правоохранительных органах отмечают, что во время экспертиз, которые проводят медицинские учреждения, медики «прикрывают своих». Врачебное сообщество единодушно становится на защиту обвиняемых коллег, по крайней мере во время громких дел. Еще врачи единодушны в том, что риск потерять свободу будет заставлять медицинских работников либо жить в постоянном страхе, либо уходить из профессии.

За что мы запомним Веронику Скворцову

Бывший министр — практикующий врач-нейрореаниматолог, она трижды оказывала первую помощь пассажирам, оказавшимся с ней в самолете, а однажды спасла коллегу из администрации президента.

Известный министр, которому не доверяют

По данным опроса, который проводил ФОМ в июне 2018 года, Скворцова была членом кабинета министров, которому россияне доверяли меньше всего: 10 % респондентов относились к ней «с настороженностью и недоверием». По данным того же ФОМ за тот же год, Скворцова заняла третье место по узнаваемости среди министров (на первую и вторую строчку тогда попали Сергей Шойгу и Сергей Лавров). При этом по данным ВЦИОМ, почти четверть россиян считают здравоохранение самой коррумпированной сферой. В этом Скворцова единодушна с населением: однажды она заявила, что коррупция в медицине неискоренима.

Lori.ru

Борьба с табаком и алкоголем

В 2013 году в России был принят антитабачный закон, который запретил рекламу сигарет и жестко ограничил курение в общественных местах. За первые пять лет его действия распространенность курения среди россиян, по данным Минздрава, снизилась на 9%, хотя в конце 2019 года было решено вернуть курилки в аэропорты.

Еще один проект, который реализовывал предыдущий Минздрав, — это всеобщая диспансеризация (граждане 18–39 лет должны проходить ее раз в три года, граждане старше 40 — раз в год). Оппозиционный министерству фонд общественного мониторинга «Здоровье» заявлял, что 80% врачей считают результаты диспансеризации недостоверными из-за многочисленных приписок и манипуляций со статистикой. Позже тот же фонд «Здоровье» согласился с тем, что диспансеризация, антитабачная и антиалкогольная политика помогла снизить смертность от сердечно-сосудистых болезней. И хотя болезни сердца по-прежнему на первом месте среди причин смерти, их количество за последние годы снизилось.

Борьба за долголетие

Логично, что одновременно со снижением смертности Министерство активно боролось за увеличение продолжительности жизни. И, по собственным данным ведомства, уверенно приближается к победе над смертью: по сведениям Скворцовой, за первое полугодие 2019 года, продолжительность жизни российских женщин составила 78, 5 лет, а мужчин — 68, 6 года (бывший министр заявляла, что человек вообще может спокойно доживать до 120 лет, если ему не мешать). Также на протяжении нескольких лет в Минздраве педалировали тему устойчивого снижения материнской и младенческой смертности, которая в 2018 году благодаря усердной работе чиновников достигла исторического минимума.

Критики утверждают, что картина выглядит так оптимистично лишь на бумаге, и задачи, которые стояли перед министром, не были выполнены. Тем не менее даже недоброжелатели Скворцовой признавали ее заслугу по созданию трехуровневой системы сосудистых центров, которые позволяют начать лечить инфаркт и инсульт в примерных пределах «золотого часа».

Борьба за фильтры

Бывшему министру принадлежит несколько ярких высказываний, которые запомнятся надолго. Так например, в августе 2018 года в ответ на заявление основателя фонда помощи Хосписам «Вера» Нюты Федермессер о намеренном занижении статистики нуждающихся в паллиативной помощи и в обезболивании бывший министр посоветовала ей «корригировать речевую продукцию».

Читайте также

Леонид Рошаль: «Врач не раб и не батрак»
Российские фармацевты смогут производить лекарства без патентов. Выиграют ли пациенты?
Вас здесь не стояло. Как получить высокотехнологичную медицинскую помощь по квотам?

Смотрите наши видео

Во время загрузки произошла ошибка.

 

Обнаружили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
наталья поленникова
Необходимо проверить федеральные санатории, они находятся далеко от Москвы и делают что хотят. Зарплата 500000 тысяч в месяц, полное государственное обеспечение
СсылкаПожаловаться
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
Знаков: 0 из 2000
Вы не ввели текст отзыва
Знаков: 0 из 2000
Вы не ввели текст отзыва