Психология, , Журнал «Наша Психология»

Клиент всегда прав?

Сколько сказано и спето о том, как «правильно» выбрать психолога… 
Фото: lori.ru

И сколько передается из уст в уста страшных историй о клиентах, пострадавших от «психологической помощи». Такое впечатление, что общество всецело на стороне «бедных, несчастных, обиженных клиентов», которые совершенно беспомощны перед зловещими ликом психологами. Давайте посмотрим на клиента глазами психолога.

Мы решили восстановить справедливость и предложить вам побывать «по ту сторону баррикад». С чем сталкиваются в своей нелегкой работе психологи?

Это иллюзия – полагать, что успешность психологической работы целиком зависит от специалиста – от его профессиональной компетентности, добросовестности и так далее. Как и в любых других отношениях, ответственность делится пятьдесят на пятьдесят. Да, многое зависит от специалиста. Но давайте не будем снимать ответственность и с клиентов.

Так какие же ошибки совершают клиенты чаще всего?

Кабачок

Чувствует себя в кабинете психотерапевта кабачком на грядке. Ждет, что его будут поливать и удобрять, а он – греться на солнышке и наслаждаться жизнью. На самом деле он ничего не хочет – никаких изменений в жизни. Его все устраивает, и мотивация на прохождение терапии отсутствует. Инициатором обращения является кто-то из близких. Типичные «кабачки»:

  • муж, которого жена притащила к семейному психотерапевту со словами: «Не пойдешь со мной – не отпущу на рыбалку»;
  • сотрудник, отправленный к корпоративному психологу своим руководителем (чтобы оправдать наличие ставки психолога в компании);
  • алкоголик или наркоман, сам себя таковым не считающий, но поддавшийся на уговоры родственников;
  • подросток, за руку приведенный родителями в кабинет…

По своему поведению кабачок пассивен. Его легко распознать по расслабленной позе и отсутствующему взгляду. Он покорно соглашается со специалистом: ответить на вопрос? Пожалуйста! Нарисовать картинку? Извольте! Просто сидеть молча и плевать в потолок? Да никакой разницы!

За его пассивностью кроется безразличие к происходящему с легким оттенком раздражения. В глубине души он злится на своих близких – заставили его куда-то тащиться! Но, не выражая свой гнев открыто, переносит его на специалиста, со временем уходит в пассивную агрессию и начинает саботировать процесс терапии. Через несколько встреч он скажет: «Я к вам хожу, выполняю все ваши инструкции, а ничего не меняется!» После чего сообщит близким: «Нет смысла туда ходить... А я ведь так хотел. Какая жалость!»

И все вернется на круги своя, кабачок добьется своей цели – близкие оставят его в покое еще на какое-то время. И он снова спокойненько будет расти на грядке, только это будет не кабинет психолога, а домашний уютный диван…

Ошибка клиента: отсутствие мотивации.

Что делать?

Смотря кому. Клиенту – идти к специалисту только по своей, а не по чьей-то инициативе. Вы же не будете вырезать свой аппендикс просто потому, что «друг посоветовал»! Учитесь говорить «нет» своим близким, отстаивать свои границы. Близким – понимать, что лечения без мотивации не бывает. Психотерапия – не колхоз, это дело действительно добровольное, бесполезно кого-то силком тащить к психотерапевту. И никогда не оплачивайте лечение своего близкого! Клиент сам должен платить за психотерапию (исключение – дети). Если за лечение платит кто-то другой, это превращает клиента в кабачка…

Психологу – прояснять мотивацию клиента в самом начале работы. Если мотивации нет, то открыто озвучивать «отсутствие терапевтической готовности» у клиента и отказываться от его лечения до той поры, когда истинная мотивация появится.

Пингвин

Схож с кабачком своей пассивностью, но, в отличие от него, в работе заинтересован. Просто занимает инфантильную потребительскую позицию, напоминая птенца пингвина: сидит с открытым клювом и ждет, когда ему туда отправят рыбку повкуснее.

Инфантильность и следующая из этого потребительская позиция – часть личности пингвина. В какой-то момент развития на глубинном бессознательном уровне им был сделан выбор не взрослеть. Это неправда, что дети хотят взрослеть. Когда ребенок говорит, что хочет быть взрослым, он имеет в виду нечто совершенно иное. Взрослость в его представлении – всего лишь возможность смотреть без ограничения мультики или водить гоночную машину… Вспомните Питера Пэна – мальчика, отказавшегося взрослеть. Таков и он. Ведь взрослость – это ответственность, а пингвин брать на себя ответственность не хочет. Он типичный «ведомый» и ждет, что в танце жизни его кто-то будет «танцевать», то есть вести. Пингвин постоянно ищет вовне авторитетные родительские фигуры и, найдя, ждет от них заботы. А если заботы нет, обижается и злится.

Так же и в терапии: пингвин сидит с открытым клювом и ждет рыбку, превращая своего терапевта в пингвина-родителя. Если терапевт о нем заботится, он радуется и считает терапевта «хорошим». Если терапевт вместо того, чтобы срыгнуть в клювик готовую рыбку, учит ловить ее самостоятельно, пингвин обижается и объявляет терапевта «плохим».

Распознается пингвин по инфантильному виду: голосу, поведению, одежде, а также по пассивному залогу в речи («Мне не дали», «Меня обидели»…).

Ошибка клиента: пассивность.

Что делать?

Клиенту – брать на себя ответственность и в терапии, и в повседневной жизни. Терапевту – в начале работы обсудить с клиентом, в чем именно заключается ответственность терапевта, а в чем – ответственность клиента… И помнить, что терапия – не только поддержка клиента (заботиться о пингвине можно до бесконечности), она также должна способствовать его росту.

Птица-говорун

В терапии заинтересован, говорит много и охотно, но не по делу. Вскоре терапевт располагает подробной, правдивой и совершенно ненужной информацией о том, как зовут всех родственников друзей и друзей родственников клиента, а также может перечислить все его любимые детские игрушки поименно… Вспоминается анекдот: зоолог делает корове искусственное оплодотворение, а она поднимает на него печальные глаза и мычит: «А поговорить?»

На первый взгляд, складывается впечатление, что этот клиент приходит просто поговорить. Но согласитесь, что терапия – слишком дорогое удовольствие для «просто поговорить». В действительности птица-говорун забалтывает себя и терапевта, чтобы не заниматься истинной проблемой. Такая вот разновидность «сопротивления» – защитного механизма клиента, противящегося психологической работе.

Распознается птица-говорун по чрезмерной разговорчивости, хаотичной активности, искусственному оживлению.

Ошибка клиента: подмена одной проблемы другой либо хождение кругами вокруг истинной проблемы.

Что делать?

Клиенту – тщательно продумать свой запрос: с чем он хочет работать и что ждет от встреч. Терапевту – обратить внимание клиента на то, что происходит, и помочь понять причину такой словоохотливости – от чего именно клиент убегает (например, за болтливостью может скрываться тревожность).

Штирлиц

А вот этот клиент говорит мало и взвешенно и ведет себя в кабинете терапевта, как герой-партизан на допросе. Складывается впечатление, что терапевт для него – Гитлер, Мюллер и Гиммлер в одном лице, и задача клиента – не сдать родину врагу…

Недоверие к терапевту – частный случай проявления общего недоверия к миру. Штирлицы вырастают из детей, чья базовая безопасность в семье была нарушена, например ребенка часто оставляли одного или между родителями постоянно были скандалы… В результате сформировалась своеобразная защита – недоверие и контроль.

Штирлица выдает закрытая поза (скрещенные руки или ноги), обычно он садится подальше от собеседника и вполоборота. Избегает смотреть на собеседника, но брошенные изредка взгляды пронизывают насквозь. Старается собрать максимально полную информацию о других и ничего не рассказать про себя. Подробно расспрашивает терапевта про его образование и опыт работы. О себе же предпочитает сообщать туманную информацию: «В какой сфере я работаю? Да, я работаю…», «Какая у меня специальность? Да, у меня есть высшее образование», «У меня около двух детей» и так далее. Часто отвечает вопросом на вопрос.

Ошибка клиента: утаивание информации, важной для терапевтического процесса, а то и прямая ложь.

Что делать?

Клиенту – взять на себя ответственность за утаивание или искажение информации. Ведь терапевт – зеркало для клиента. И в этом случае зеркало автоматически становится кривым… Терапевту – ввести в контракт «пункт о сотрудничестве», в котором оговорить важность самораскрытия клиента и готовности сотрудничать.

Терминатор

Как вы помните, терминаторов принято отправлять в прошлое с отнюдь не благой миссией уничтожения того или иного героя. Вот и клиент-терминатор приходит в терапию исключительно с деструктивной целью – отреагировать свой гнев. Терапевт для него – удобная фигура, которой можно адресовать негатив, в действительности направленный на совершенно иной, но затабуированный для гнева объект.

Терминатор – человек, у которого большие проблемы с гневом. В его жизни постоянно присутствует стрессогенный фактор, порождающий гнев (несправедливый начальник, партнер-алкоголик, непослушный ребенок…), но это сочетается с большими эмоциональными табу. В детстве такого ребенка не научили, как обращаться со своим гневом. Скорее всего, в семье гнев был запрещен, что сформировало механизм репрессии, или подавления. Вот типичная семья, порождающая терминаторов: в ней много напряжения из-за скрытых, но не проговоренных конфликтов. Все делают вид, что «все хорошо», но это не так. Каждый копит огромный заряд гнева, и раз в несколько месяцев в семье происходит грандиозный скандал, «бессмысленный и беспощадный», как русский бунт в представлении А. С. Пушкина.

Вот и клиент-терминатор, в соответствии с традициями семьи, копит-копит заряд – и приходит в кабинет психолога за разрядкой. С ним же выпустить свой гнев безопаснее, чем с мужем-наркоманом или со старенькой мамой!

Терминатор распознается по большому напряжению, скованности. Его лицо напоминает маску – она помогает прятать гнев. Взгляд прямой, пронизывающий насквозь, смотрит на собеседника в упор. Говорит кратко и по делу.

Ошибка клиента: попытка использовать терапию не для того, чтобы действительно разобраться со своими проблемами и что-то поменять, а для того, чтобы подтвердить свой привычный нездоровый паттерн (модель поведения).

Что делать?

Клиенту – осознавать, зачем именно он пришел в терапию и на кого на самом деле злится. Терапевту – не позволять клиенту нарушать свои границы (повышать на терапевта голос и т. д.). Учить клиента новым здоровым способам обращения с гневом (не кричать, а сказать: «Я злюсь» – и так далее).


Мнение экспертаЯ б в спасатели пошел…Интересное рассмотрение клиентов, легко вписывающееся в треугольник зависимости Стефана Карпмана. На мой взгляд, клиенты типов «кабачок», «птица-говорун» и «пингвин» являются разновидностями типа «жертва», «терминатор» и «Штирлиц» – это разные «палачи». Я бы добавил к описанным типам еще один – «спасателя». Клиент-спасатель в терапии избыточно оберегает терапевта от своих проблем, стремится стать его знакомым, другом, чтобы быть полезным и незаменимым, описывает свои проблемы как почти разрешимые. Организация зависимых отношений с терапевтом – это нормальное поведение для зависимого клиента. Рекомендация автора самому клиенту принимать свою ответственность и формировать мотивацию является мечтой терапевта, но реально является одной из главных и сложных задач терапии и развития зависимого клиента.Лев Черняев, тренер Московского гештальтинститута, супервизор, ведущий обучающих программ по гештальттерапии и специализации по телесной гештальттерапии и терапии зависимостей
  
Обнаружили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.